КомпанииКомпаний: 7725
АккаунтыАккаунтов: 13931
Регистрация       Забыли пароль?




info@oborudka.ru
oborud-ka
Главная » Справочники » История физики » Черты научной революции. Элементы психолого-философского анализа

Черты научной революции. Элементы психолого-философского анализа

Черты научной революции. Элементы психолого-философского анализа

Коперник стоял у истоков научной революции, которая продолжится прежде всего в астрономии и механике и займет период между Коперником и Ньютоном (включительно). Ее основные черты: эксперимент и раскрытие причин явлений. На примере Коперника мы можем поговорить о соотношении метафизики, физики и математики, которое станет приметой науки Нового времени и не потеряет значения до сих пор. Этимологически и семантически метафизика может трактоваться как метатеория, метаязык, т.е. система взглядов, объясняющая физику. В этом смысле, а не в негативном, как в трудах классиков марксизма, мы трактуем и используем метафизический подход. Думается, что в истории физики такой подход уместен, ибо физика не развивалась отдельно от культуры

Итак, метафизика (и вообще философия) в физическом творчестве важна, во-первых, на этапе зарождения, “кристаллизации” идеи - на этапе “надо!” и “хочу!”. Во-вторых, на этапе “знаю!” и “могу!” для осмысления и обобщения полученного результата. Необходимо пояснить, что модальность “знаю!” относят к пласту психики “эго”; “надо!” - к “супер-эго”; модальность “могу!” - к “ид” и “хочу!” - к “супер-ид”.

Затем, когда физическая идея оформлена математически (на уровне “знаю!”), “бритва Оккама” “отсекает” метафизику (философские построения, мысленные модели и прочие “строительные леса”). Реально метафизика просто остается невостребованной при решении конкретной физической задачи. Если мы однако хотим усилить эвристичность новой теории и тем самым расширить сферу ее применения, то мы должны  ее вывести на уровень “могу!” (делать новое). При этом теория должна отвечать на вопросы не только “что?” и “как?” (что такое объект и как сделать с ним то или иное преобразование), но и на вопросы “почему?” (обеспечив подключение более глубокого уровня пласта “знаю!”), т.е. должна появиться физическая модель явления, которая в будущем способна привести физиков к новому “хочу!”. Теперь, на новом этапе - этапе осмысления новой теории метафизика снова важна своими мировоззренческими (картина мира) и методологическими рекомендациями. В формировании современной физической картины мира важную роль сыграла научная революция, начатая Коперником.

Поясним приведенные рассуждения на примере развития учения Коперника. Попытка Осиандера свести это учение только к “инструментальному” приему, т.е. вспомогательному, лишенному физического и главным образом метафизического, а еще точнее религиозно-философского (в те времена без религии не обходились!) смысла, была отвергнута, как уже отмечалось, ближайшими последователями Коперника: Д. Бруно и И.Кеплером и Галилеем, которые приняли за истину не столько алгоритм вычислений, сколько саму физическую модель гелиоцентризма, т.е. модель натурную со всеми вытекающими отсюда последствиями (метафизикой), вплоть до исправления (дальнейшего развития) теории введением эллиптичности орбит в работах И.Кеплера. Такое исправление гораздо труднее было бы сделать, если бы исправлять пришлось вначале не идею, а таблицы и колонки цифр. Следовательно, эвристичность физической модели выше, чем только расчетной. Стоит ли говорить, что физическое и метафизическое (философское) истолкование обычно не вырастает из груды цифр. Вероятно, это связано с тем, что истолкованию, а также исправлению, развитию легче подлежат физические или хорошо оформленные мысленные (образные) модели, воздействующие непосредственно на интуицию.

А что будет в том случае, когда математический результат выражен не большим количеством цифр, а аналитически? В этом случае эвристичность зависит от обозримости, наглядности полученного математического выражения. С этой точки зрения физический и метафизический анализ полученного математического результата и есть стремление к дополнительной ясности (вспомним Бора!), повышающей эвристичность результата и, следовательно, возможность его развития.

Спрашивается, где же, на каком этапе физическая трактовка и метафизика не нужны? Такая ситуация возникает, если мы делаем расчеты на основе разработанных алгоритмов по их прямому применению. Там необходимости в дополнительном обсуждении нет. На языке модальностей это происходит на уровне “знаю”, поскольку речь идет о сознательном применении уже достигнутого.

У Коперника появилась новая математическая модель и новый вопрос к физической модели: почему планеты вращаются вокруг Солнца, какая сила на них действует? На этот вопрос ответил впоследствии своим законом всемирного тяготения И.Ньютон. Таким образом, трудами ученых от Коперника до Ньютона гелиоцентрическая механика была развита настолько, что сама стала источником новых открытий в механике и физике вообще, что и дает основание говорить о научной революции 16-18 веков (этому периоду историки отводят примерно полтора столетия).

Приведенные рассуждения имеют своей целью проиллюстрировать на личностном уровне то, что происходило в истории, поскольку одной из движущих сил истории является личность, что хорошо видно на примере Коперника. Активизация модальностей “могу!” и “хочу!” связана с подключением к процессу познания бессознательных частей психики, которые лучше активизируются сенсорной и образной информацией. Это и определяет пользу обращения к физической модели и к философскому (метафизическому) анализу, который, в отличие от математического, наряду с логическими рассуждениями, происходящими почти целиком на уровне “знаю!” (блок сознания) привлекает также сенсорные и интуитивные каналы обработки информации, апеллирующие к блоку бессознательного.

Выше мы показали, что научная революция охватила все четыре модальности человеческой психики, тем самым гармонизировав ее. Поэтому рассматриваемая историческая эпоха подготовила взлет творческой мысли и в последующее время, который показал однако не только преимущества, но и пределы применимости классической механики и привел впоследствии к смене парадигм применительно к микромиру и космосу.

Характерно, что Н.Коперник был католическим священником, а главный труд его жизни вышел с посвящением папе римскому. Поэтому прав Б.Рассел, писавший: "...ученого отличает не то, во что он верит, а то, как и почему он верит в это. Его верования не догматические, а опытные. Они базируются на доказательствах, а не на авторитете или интуиции".

Вопрос же о том, почему научная революция произошла именно в Европе, поскольку ее технический уровень не сильно отличался от того, что имелось на Востоке, если вообще имеет ответ, то он частично заключается в том, что этому способствовала реформация в христианстве, давшая миру новых предприимчивых и честных, людей, которые впоследствии обеспечили и развитие нового общественного строя - капитализма.

 


 

В таком приблизительно смысле термин “метафизика” трактует и один из новых философских словарей: “Современный философский словарь” под редакцией В.Е.Кемерова за 1996 г.

Текущая страница: История физики » Черты научной революции. Элементы психолого-философского анализа